2005-10-21 16:22:00

Правая.ру: "Мы становимся такими, какими мы должны быть. Интервью с президентом Фонда Святого Андрея Первозванного Александром Мельником"

- Александр Владимирович, создание и деятельность Фонда Святого Всехвального апостола Андрея Первозванного - это осуществленная мечта, призвание или случайное стечение обстоятельств?

- Можно по-разному ответить на этот вопрос. В какой-то степени это случайное стечение обстоятельств, в определенной степени - это работа, которая помогала осуществлять мечту и следовать призванию. Но это и следствие личного переживания того, что происходит в нашей стране. У меня не было задачи создать Фонд в его сегодняшнем виде. Говорить о том, что это чистая случайность, что были другие варианты - тоже неверно. Тут все сложилось: мое мировоззрение, работа, которая постепенно вела к созданию Фонда, идея. Я понимал, что это одна из возможностей оказания помощи, как самому себе, так и своей стране.

- Как Вы думаете, что важнее для православного человека - выбирать профессию, в которой он не будет ущемлен в своих правах, или же быть миссионером, спасаясь на том месте, где оказался?

- Нужно быть православным человеком, а все остальное - способы осуществления главной задачи, которая нам поставлена как христианам. Мы должны верить, и вера наша требует подвига. Когда одного святого спросили, почему сейчас в мире так мало чудес, он ответил: "Вы поймите, первые христиане должны были получить подтверждение того, что Господь есть, и Он ведет нас к спасению. Поэтому им было явлено такое количество чудес. У нас сейчас чудес гораздо меньше только потому, что все уже ясно". Вера - это вызов для современного человека, которого весь уклад жизни современного мира принуждает думать о хлебе насущном. Наша традиция говорит нам: верь - и Господь даст тебе всё необходимое, только доверься. Но это и оказывается самым сложным.

Я не сторонник того, чтобы различать нравственные и безнравственные профессии. Грань между добром и злом должна проходить в душе каждого отдельного человека. Нельзя спастись всем представителям одной определённой профессии, нельзя спастись целому народу. Человек сам выбирает свой путь - к Богу или от Бога.

- А как быть тогда с государством. Может ли оно быть православным? Скажем, как в Греции.

- А разве в Греции торжество Православия? Симфония власти и Церкви? В Греции сейчас одна из основных линий разлома, которая существует в православном мире вообще. Идет борьба вокруг Иерусалимской кафедры, греческая сопряженность церкви и государства подвергается расколу.

Я не знаю, в чем и как должна быть выражена симфония, возможна ли она вообще в этом мире. Думаю, идеальным было бы такое положение вещей, при котором голос Церкви, действительно, смог бы внятно задавать нравственные ориентиры жизни, осуждать недопустимое.
Думаю, сегодня в обществе существует колоссальное ожидание именно этого сопряжения между гражданином и Церковью, между нашей душой и церковной гармонией. Если граждане будут духовно присутствовать в Церкви, никакая конституция не сумеет отделить Церковь от государства. А мы сегодня чаще присутствуем в Церкви лишь номинально, к тому же в последнее время это обусловливается целым рядом политических требований. Необходимость там быть диктует, например, приезд Президента, мэра и так далее. Это значит, что появляется большое количество людей, которые рассматривают Церковь как ярмарку политического тщеславия, как подиум, на котором необходимо присутствовать.

Сегодня я вижу как общество требует подтверждения своего ожидания, что все священнослужители идеальны, святы. Но это же неправильно. Мы и только мы ответственны за Церковь. Достойная паства требует соответствующего отношения к себе, вместе с нашим духовным уровнем поднимается и церковная власть. Мы становимся такими, какими мы должны быть, и Церковь возвышается над нами. Когда же мы, как сторонние наблюдатели, начинаем критиковать Церковь, думаем, стоит ли участвовать или нет, то тогда естественным образом и Церковь опускается до уровня наших претензий.

- Какие цели ставит перед собой Фонд Андрея Первозванного? Какие у него базовые ценности, направляющие его деятельность?

У нас три организации. Это Фонд Святого Всехвального апостола Андрея Первозванного, это Центр национальной славы России, и Мировой общественный форум "Диалог цивилизаций". Так случилось, что все эти проекты - "птицы одного гнезда", вышедшие из Фонда Андрея Первозванного. И, наверное, невозможно разграничить их, потому что в каждом проекте мы отстаиваем основополагающие для нас ценности. В первую очередь это ценность Служения. Служение Богу, служение Родине, служение тому будущему, которое предстоит России. Мы надеемся на то, что расцвет России, прежде всего её гражданское возрождение, еще предстоит. Мы стараемся вести нашу деятельность максимально честно и ответственно, не нарушая правил. Наша задача - стимулирование "иммунной" системы нации, содействие сохранению русского народа как основы российской государственности, как основополагающего этноса славянских народов. Без русских развалится и наше государство, и славянское единство. Мы стимулируем внутри российского общества гражданскую ответственность и гордость за свою историю, за свою страну, за свой народ. Задача, которую мы решаем как Мировой общественный форум - демонстрация миру того, что Россия - обладатель перспективного ресурса, который ни в коем случае нельзя потерять. К сожалению, мир видит в России по-прежнему необъяснимое, непонятное и потому злое. А мы стремимся к максимально широкому сотрудничеству со всеми слоями политических, общественных и религиозных кругов Запада, Востока, Африки, Ближневосточных регионов, арабского мира и т.д.

- В этом контексте ваше сотрудничество с Русской Православной Церковью за границей предполагает ли помощь в ее возвращении в лоно Московского Патриархата или это просто реализация диалога, о котором Вы сказали?

- Я не могу говорить о возвращении в лоно Московского Патриархата, потому что, скорее всего, это будет не возвращение, а воссоединение. Как это ни прискорбно, но существуют все-таки две Церкви. Я прекрасно понимаю и разницу в их масштабе: Русская Православная Церковь Московского Патриархата - это колоссальная, сильнейшая, доминирующая сегодня Церковь православного мира. Мы никогда не ставили перед собой задачи соединить, объединить или поспособствовать этому соединению. Мы хотели, чтобы наша деятельность привела к взаимному пониманию. Принесение мощей святых преподобномучениц Великой княгини Елизаветы и инокини Варвары привело к тому, что мы открыли Зарубежной Церкви Россию. К нашему большому удивлению, Россия была им непонятна и неизвестна. Что уж тут говорить о Западе или Востоке, когда нас не знают даже наши единоверные братья, многие из которых по крови русские. Вот эту работу мы проделали в течение восьми месяцев, путешествуя по территории России с мощами святых преподобномучениц Великой княгини Елизаветы и инокини Варвары. Это, наверное, было одним из самых серьезных шагов по нахождению взаимопонимания.

У нас также есть еще ряд проектов, которые мы хотели бы продолжать разрабатывать. Наш интерес прост и понятен - постараться воссоединиться, вернутся "в одну купель". Сумеем мы быть полезными - мы будем полезными. Не будем полезными - постараемся не навредить.

- Активная деятельность Фонда в разрушенной Сербии открывает многие неизвестные и шокирующие подробности произошедшей там гуманитарной катастрофы. Чем реально удалось помочь Сербии и что еще необходимо сделать?

- Одним из основополагающих принципов нашей деятельности является стремление к тому, чтобы пробудить инициативу у тех людей, с которыми мы работаем, и в тех регионах, где мы работаем. Будь это в Сербии, во Владивостоке, на Камчатке или Сахалине. Мы не в состоянии полностью помочь, скажем, Сахалину, хотя и делаем очень много. Мы хотим, чтобы живущие там люди почувствовали, что и их лепта должна быть внесена. Что без этой лепты не будет спасения. То же самое в Сербии. Хотя мы и достаточно много помогаем людям и в Косово, и в Сербии, и в Черногории, и в других местах, но остается важная деталь. Вопрос не в том, сколько тысяч долларов, или рублей, или евро мы перечислим на строительство храма, или на закупку зерна, или на покупку обогревателей для косовских детей - хотя мы это делаем. Смысл в том, чтобы найти отклик в сердцах сербов, чтобы они сами помогали своему краю. Ведь в результате войны люди очень ожесточились. Вот эта задача должна быть вынесена за скобки личного интереса. И второе - это необходимость пробудить общественное мнение, по крайней мере, на Западе, обратиться к тем, у кого есть еще совесть, стыд. Они должны отдавать себе отчет, что в Сербии уничтожают Православие и православных. Четко и ясно - идет война против православия. Сербы-мусульмане, сербы-католики не подвергались никакому насилию со стороны Запада, несмотря на то, то они были противостоящими сторонами. Это вопрос не национальный, а религиозный. Хотя многие русские политики, которые занимаются международной деятельностью, уже являются сторонниками и участниками процесса помощи Сербии, это мало помогает, потому что слишком большие экономические и политические интересы замешаны в этой борьбе. И конечно, здесь православный мир должен продемонстрировать свою объединенную позицию, должен отстоять Косово.

- А каково отношение Фонда к давлению на православное население других стран: Украины, Болгарии, Греции? Как остановить экспансию?

- С одной стороны - остановить экспансию просто, с другой - очень сложно. Сегодня люди нашей страны, не связанные с Православием, часто идут к тем, кто им дает цель, смысл. Кто-то обещает деньги, кто-то славу земную, кто-то благополучие, кто-то какие-нибудь очередные псевдоценности и т.д. Как бороться с этим? Мы понимаем, что бороться нужно за душу каждого отдельного человека. Помните слова Соломона, решившего очень просто спор женщин, которые делили ребенка? Он сказал, давайте разрубим пополам и отдадим каждой половину. Тогда настоящая мать отдала ребенка другой, чтобы только ребенок не погиб. Это и было проявлением её материнской любви. Нам нужна огромная чуткость и забота. Но порой готовности к этому нет, наоборот - существует настрой на войну, на жестокую борьбу, что "мы никого сюда не пустим". С одной стороны, конечно, не нужно пускать, нечего им тут делать. Но они войдут иным способом. Нужно создать среду, в которой им будет нечего делать. Когда эта среда будет настолько православной, то всякое обращение к ней с другими ценностями будет бессмысленным. Не воинственный ответ будет, а с улыбкой: Ну что, куда ты пришел? Здесь тебя никто не ждет.

- Направление этой работы, наверное, предполагает создание какого-то светского движения - каждый начинает сам с себя, и возникает гражданское православное общество. То, к чему призывал митрополит Кирилл на прошедших Рождественских чтениях.

- Наверное, это так. Я понимаю одно - есть нечто удивительное, что сочетает в себе как элементы добровольного, так и элементы принудительного. С одной стороны, это апостолы, которые смогли поднять и встряхнуть мир. Они сами несли миру свою веру, свои мысли, свое понимание того, для чего они живут. А с другой стороны, это равноапостольный Владимир, который приказом крестил Русь. Но он же и сам сумел соответствовать уровню тех требований, которые он предъявил народу. То есть он стал для народа тем, кем должен был стать - и царем, и духовным лидером. Таким образом, власть должна что-то приказывать народу лишь тогда, когда готова соответствовать собственным требованиям и готова разделять с народом его судьбу.

- Нельзя не коснуться темы "оранжевых революций". Почему они произошли - это идеал, который был привнесен Западом, всплеск какого-то национального самосознания или грубая интервенция?

- Самый простой ответ - конечно, интервенция. Конечно, вошли, конечно, за деньги, конечно, выгнали на улицы молодежь. Но сегодня все разочарованы. Я знаю многих из тех, кто сидел на Майдане, а сегодня сидит без куска хлеба. Это и мои знакомые, которые около года назад убеждали меня, что это единственно правильный выход, что так самоопределяется украинская нация. Конечно, она рождается в борьбе и т.д. И вдруг они столкнулись с тем, что никто не собирается считаться с ними, с их мнением, потому что есть те, кто принимал решение. И о проведении революции, и о том, кто воспользуется ее плодами. Это же классический пример - "революция пожирает своих детей". Она сегодня питается остатками того оранжевого. Формируется совершенно иное государство. То же самое, наверное, происходит в разных странах. Самое печальное в том, что это проблема двух православных стран - Грузии и Украины. Там Православие отходит на периферию, люди теряют веру. Именно в таких случаях надо понимать, что народ должен уметь своим правителям сказать "нет". Потому что иначе он останется без своей истории, без смысла своей государственности. Какая государственность может возникнуть на месте страны, которая носила название Грузия, если там исчезнет православная вера, будет насаждаться другая религия или нерелигиозное общество?! Мы понимаем прекрасно, что это будут уже не те грузины и не та Грузия.

Для нас всё это важный урок, своеобразная терапия от иллюзий. Когда я был доверенным лицом В.В. Путина на выборах 2000 года, то много путешествовал по Сибири. Я бывал в деревнях, где были школы, где было большое количество людей. Но видел и русскую разрушенную школу, занесенную снегом. Там некому учиться. Я был в деревнях, в которых проживает только 2-3 человека, там просто некому жить. И был в деревнях и поселках, где население поголовно спивается. Представьте, у вас в подъезде живет человек, который каждую ночь буянит, пьет, спит на лестнице. Вам приходится, возвращаясь с работы, перешагивать через него. И вы думаете: да хоть бы его прибрал кто-нибудь. Примерно то же самое происходит с колоссальным количеством нашего народа. У нас не хватает милосердия, чтобы его поднять, умыть, не хватает сил и возможностей, чтобы его избавить от этого порока. Но мы говорим о том, чтобы его прибрал кто-нибудь. Мы сами во всем виноваты. Но мы виноваты еще и в том, что у нас нет консолидирующей общенациональной идеи. Мы начать с себя, с того, что мы можем сами сделать, с тех, кому мы сами можем помочь.

- Эта национальная идея должна быть сформулирована каким-то интеллектуальным сообществом или вдруг появиться сама? Или это должен быть какой-то общегражданский форум?

- Вы знаете, национальная идея для нас всех очень простая. Она заключена в сказках, в былинах, потом в литературе, потом в нашей жизни, и в судьбах очень многих людей. Национальная идея - служить своей стране. В нужный момент подняться с печи, как Илья Муромец, и пойти защищать свою родину. Как Александр Невский, иметь достаточную гибкость, чтобы суметь поладить и с одними, и с другими и отстоять государственность. Национальная идея заключалась в том, чтобы, как наши вожди и полководцы Великой Отечественной войны, суметь выстоять под натиском. Сегодня говорят, что было принесено много лишних жертв. Но пусть сегодня тот, кто говорит об этом, попробует поднять хотя бы одну роту солдат, которые пойдут защищать его самого и его родину добровольно. Этого нет! Значит, все-таки нет идеи, нет смысла, который должен быть в этом заложен.

Сегодня, к сожалению, мы, с точки зрения нашего национального самосознания, находимся в одной из самых, может быть, низших точек падения. Потому что нам пытались втолковать те ценности, которые принадлежат другому миру, и мы стоим одной ногой на Востоке, а другой - на Западе, пытаясь одновременно быть чуть-чуть китайцами и чуть-чуть европейцами. Мы должны быть просто русскими. Мы должны жить в своей стране, относиться к себе как к силе, к нации, которая умеет и должна отстаивать свои интересы, жить на своей земле, жить в своей вере, жить в своих традициях.

То, что люди пытаются сегодня создать в виде национальной идеи, к сожалению, очень сильно политизировано. Для всех нас должны быть примером Минин с Пожарским, которые пришли, освободили Москву, и ушли заниматься каждый своим делом, отдав отвоеванное тем, кому положено было возглавлять нашу страну. Но у нас сейчас, к сожалению, все пытаются стать во главе. Не послужить, а воспользоваться результатом. Поэтому многочисленное количество предложений о "национальной идее" выражается следующим образом: меня выберите, а я уж покажу всем... Никто не осознает, какая колоссальная ответственность не только говорить, но и делать.

- Тогда можно задать уточняющий вопрос - Фонд Андрея Первозванного является весьма успешным проектом. Как вам удалось достигнуть таких высот?

- Я не знаю точного ответа на этот вопрос. Наверное, надо взять немного денег, небольшое количество честных людей, которые умеют делать свое дело, еще чуть-чуть побольше территории. Все это замесить, сложить, и из этого сделать дело. Помните, Микеланджело говорил, что надо взять белого мрамора, отсечь все лишнее и получится "Давид". Невозможно объяснить, почему так происходит. Например, когда мы передавали колокол в дар Валаамскому монастырю, казалось, что все очень легко и гладко. Но месяца два до этого шла очень тяжелая, напряженная работа, возникало много проблем, но все сложилось удачно, и я надеюсь, что дальше у этого колокола будет хорошая судьба. То же самое в нашей деятельности. Мы в 1998 году вышли из Владивостока и пошли Крестным ходом в Москву. Два года почти шли. Ни прессы, никого. Мы просто решили и пошли. Мы считали, что это одна из наших формул отстаивания интересов страны. Мы ставили поклонные кресты, кстати, один из них сейчас стал границей нашего государства. Поставили бы в другом месте, Большой Уссурийский остров ушел бы весь. Мы ставили кресты на спорных территориях, на памятных территориях, в местах разрушений. Мы поставили крест на храме, который разрушен был в Шушенском, где, по местному преданию, венчались Ленин и Крупская, и потом он был одним из первых уничтожен, чтобы замести следы. Мы поставили поклонные кресты до самых северных территорий. Нужно делать свое дело постепенно.

Программа, которую мы сейчас вместе разрабатываем, называется "Россия-2050". Мне хочется, чтобы люди, которые работают вокруг, понимали, что нужно изо дня в день делать дело. Через 50 лет кто-то доживет, кто-то нет. Сегодня многие крупные международные исследовательские институты предсказывают, что в 2050 году России не будет. А мы назвали свою программу "Россией-2050". Мы не будем добиваться званий, наград, должностей, мы будем делать свое дело. Может, тогда и получится. Когда каждый поймет, что здесь, на его земле, будет его дом, его храм, его школа, его дети, внуки и т.д., то он будет что-то делать для этого. Другого пути нет. Революционным путем Россию сейчас можно загнать только в гроб. Нам нужно постепенно и уверенно делать свое дело. Нам нужно на каждом куске земли отстаивать свое право присутствовать.

- Последний вопрос. Есть такие области, которые Фонд Андрея Первозванного еще не охватил, но хотел бы охватить - и территориальные, и организационные, и интеллектуальные?

- В той или иной степени мы поработали практически во всех субъектах Российской Федерации. Где-то мы проводили мероприятия, где-то осуществляли проекты, где-то проезжали крестными ходами, где-то мы были с мощами. В прошлом году мы посетили практически 90% всей территории России и сопредельных государств. Если говорить об областях деятельности, то мы понимаем, что нам нужно научиться доносить наши слова на максимально большие расстояния и обращаться к максимально большему числу людей. Конечно, мы были бы рады работать с радио, телевидением, кино, вести издательскую деятельность. Мы прекрасно понимаем, что очень большому количеству людей сегодня не хватает понятных слов, внятного человеческого голоса. Нам всем надо набраться сил и решимости вновь услышать обращённый к нам когда-то апостольский призыв Андрея Первозванного.


Алексей ЧЕСНОКОВ
21 октября 2005 г.